Трехкратный чемпион мира Максим Чудов поделился воспоминаниями о своей болезни, из-за которой он пропустил весь предыдущий сезон, рассказал, за чей счет проходило его лечение и признался, что был удивлен решением СБР отказать ему в подготовке в составе основной команды страны.
«- Когда именно болезнь проявилась впервые?
- Это сложно понять. У спортсменов в процессе подготовки неизбежно бывают периоды, когда ты понимаешь, что не можешь переносить ту или иную нагрузку. Такое, к примеру, случается, когда человек перетренировался или же не успел восстановиться. Перед Олимпиадой в Ванкувере я прекрасно понимал, что тренируюсь очень много. После общих занятий нередко давал себе дополнительную нагрузку, в общем, с самого начала того сезона старался сделать все возможное, чтобы заложить максимально мощный «фундамент». Поэтому меня не сильно бе�! �покоило состояние постоянного переутомления — оно воспринималось как абсолютно нормальное.
К тому же дважды в год нас в Москве полностью обследовали медики. Все это делается исключительно ради «галочки» — меня в этом вряд ли теперь кто переубедит. Во всяком случае мои проблемы с позвоночником врачи просто проморгали.
- У вас не было шока, когда вам объявили диагноз?
- На самом деле психологически мне было бы гораздо проще услышать, что нужна операция. Это все-таки конкретика: разрезать, заменить плохой позвонок или его часть искусственным… Как я уже успел узнать, пока обследовался, такая операция могла бы занять максимум часа два. Плюс — полгода реабилитации. И все, ты — как новый. Здесь же, когда я услышал, что никакой речи об оперативном вмешательстве быть не может, а может быть лишь очень длительное лечение без каких бы то ни было гарантий, мне реально стало не по себе.
- В плане возвращения в большой спорт врачи хоть как-то вас обнадеживали?
- Они сказали, что я приехал очень вовремя. Потому что если бы протянул еще пару-тройку месяцев, все могло бы закончиться инвалидной коляской. Когда я спросил, смогу ли продолжать выступления, мне ответили, что вероятность возвращения достаточно высока, но следить за состоянием позвоночника мне придется постоянно.
- Кто вам все это оплачивал?
- Тут такая история получилась… Смешная и грустная. На лечение я потратил 25 тысяч евро. Это — без учета перелетов, проживания и питания, исключительно на медикаменты и процедуры. Единственный, кто потом помог, — это Союз биатлонистов России (СБР). Правда, мне компенсировали только треть суммы, потому что решение лечиться именно в этой клинике я принимал самостоятельно. Все остальное получилось из своего кармана. Ни регион, ни другие организации не помогли. Такое ощущение, будто получил травму, разгружая вагоны по ночам вм�! �сто тренировок. Но дело даже не в том, компенсируют мне эти расходы или нет. А в том, что именно тогда я отчетливо понял, что все мои проблемы — это только мои проблемы.
- Вы ведь, знаю, просили руководство СБР о том, чтобы вас включили в состав основной команды.
- Просил. Как раз потому, что понимал: чем выше будет конкуренция, тем больше у меня будет шансов восстановиться и выйти на уровень своих прежних результатов. Я ведь просил, чтобы меня подключили к сборной не вместо кого-то, а дополнительно — даже не за счет СБР.
- Было очень обидно получить отказ?
- Это была не обида, а, скорее, недоумение. Ну да, чего уж там, конечно, у меня поначалу была мысль вообще послать все к черту и закончить выступления. Не мучить ни себя, ни окружающих. Только потом мы с женой пришли к тому, что нужно хотя бы попробовать. Вот и пробую, настраиваю себя», — рассказал Чудов в интервью «Спорт-экспрессу».
Здесь можно оставить свои комментарии. Выпуск подготовленплагином wordpress для subscribe.ru
Комментариев нет:
Отправить комментарий